Шахматная тактикашахматные задачи на время

Тактическая задача в шахматах — это позиция из реальной партии, в которой одна сторона может форсированно выиграть: поставить мат или забрать материал. Нужно найти ход, после которого сопернику уже ничто не поможет.

Задачи в BB Gym взяты из открытой базы Lichess. Позиции происходят из партий, сыгранных на этом сайте, а решение каждой проверено шахматным движком. У каждой задачи есть рейтинг, который зависит от того, как с ней справляются игроки: чем он выше, тем задача сложнее.

Как устроена игра

Одна сессия состоит из 10 позиций. Сначала на доске появляется позиция, соперник делает свой ход, и сразу после этого ваша очередь. Рядом с доской видно, чей ход, номер задачи и таймер.

Уровней три. Лёгкий: задачи с рейтингом 400–1000 и 90 секунд на каждую. Средний: 1000–1500 и 120 секунд. Сложный: 1500–2000 и 150 секунд. Внутри сессии задачи идут от простых к сложным.

Можно играть все темы вперемешку или выбрать одну: мат в 1 ход, мат в 2 хода, вилка, связка, сквозной удар, незащищённая фигура, вскрытое нападение или мат по последней горизонтали.

Попытка одна. Неверный ход завершает задачу, и игра показывает правильное решение. Если в задаче несколько ходов, соперник отвечает сам, а вы продолжаете. Любой мат засчитывается, даже если в базе записан другой ход.

Фигуру можно перетащить, а можно коснуться её и затем поля, куда она должна пойти. Пешка, дошедшая до последней горизонтали, превращается в фигуру, которую вы выберете.

Как считаются баллы

За сессию можно набрать до 1000 баллов, и каждая задача весит одинаково. Две трети её доли вы получаете за правильное решение, остальное за скорость. Задача, решённая в последнюю секунду, даёт больше, чем любая экономия времени на другой, так что спешить и ошибаться невыгодно.

После сессии каждую задачу можно открыть ещё раз и посмотреть позицию, свой ход и правильное решение.

Основные тактические приёмы

Вилка: один ход нападает сразу на две фигуры, и соперник может спасти только одну. Самые известные вилки делают кони, но так же нападают пешка, ферзь и даже король.

Связка: фигура не может уйти с линии, потому что за ней стоит более ценная фигура или король. Если за ней король, ходить связанной фигурой запрещено правилами.

Сквозной удар похож на связку наоборот. Под удар попадает ценная фигура, и когда она отходит, гибнет менее ценная, стоящая за ней на той же линии.

Незащищённая фигура — это фигура, которую ничто не защищает и которую можно просто забрать. Такие задачи приучают проверять, не оставил ли соперник что-то без защиты.

Вскрытое нападение: фигура отходит и открывает линию для другой фигуры, стоящей позади. Если линия ведёт к королю, это вскрытый шах. Сопернику сначала нужно спасать короля, а отошедшая фигура тем временем может напасть на что угодно.

Мат по последней горизонтали ставят королю, который спрятался за собственными пешками. Ладья или ферзь выходят на первую или восьмую горизонталь, а королю некуда отступить.

В задачах на мат в 1 и в 2 хода цель именно мат, а не материал. В двухходовой задаче первый ход часто тихий или жертвенный: он не даёт шаха, но после него соперник уже не может защититься от мата.

Как искать ход

Тренеры советуют начинать с форсированных ходов: шахов, взятий и прямых угроз. На них у соперника меньше всего ответов, поэтому их легче всего просчитать до конца.

Посмотрите, какие фигуры соперника не защищены и где стоит его король. Ход соперника, с которого начинается задача, тоже подсказка: часто именно он что-то ослабил.

Прежде чем ходить, найдите сильнейший ответ соперника. Эффектный ход, после которого соперник спасается, задачу не решает.

Попытка одна, поэтому время лучше потратить на проверку, чем на быстрый ход наугад. Скорость даёт лишь треть баллов за задачу.

Что говорят исследования

Нидерландский психолог и шахматный мастер Адриан де Гроот просил игроков разного уровня думать вслух над позицией и в 1946 году опубликовал результаты. Гроссмейстеры рассматривали ненамного больше ходов, чем сильные клубные игроки. Разница была в том, какие ходы приходили им в голову: более сильные чаще сразу видели нужные.

В 1973 году Уильям Чейз и Герберт Саймон показывали шахматистам позицию на пять секунд и просили её восстановить. Мастер восстанавливал позиции из реальных партий гораздо точнее новичка, но на случайно расставленных фигурах это преимущество почти исчезало. Опытный игрок запоминает не отдельные фигуры, а знакомые группы фигур и связи между ними. Поэтому тренеры и дают ученикам много тактических задач: знакомый мотив узнаётся быстрее, чем его удалось бы просчитать.

Делают ли шахматы человека умнее вообще — другой вопрос. Метаанализ Джованни Салы и Фернана Гобе 2016 года собрал исследования шахматных уроков в школах и нашёл умеренный эффект на математику и чтение, но у большинства этих исследований был слабый дизайн. В 2017 году те же авторы сравнили шахматы, музыку и тренировку рабочей памяти: чем тщательнее было спланировано исследование, тем меньший эффект оно показывало. Их вывод: навыки редко переносятся на задачи, далёкие от тех, что тренировались.

Ещё один метаанализ 2016 года показал, что шахматное мастерство положительно связано с когнитивными способностями. Однако из таких данных не видно, что здесь причина, а что следствие. Поэтому задачи честнее всего воспринимать как тренировку именно шахматной тактики. Результаты в BB Gym не являются психологической диагностикой.

Кому подходит

Уровень «Лёгкий» для тех, кто знает, как ходят фигуры, и хочет научиться видеть простые удары. На уровнях «Средний» и «Сложный» задачи длиннее, а мотивы сочетаются: вилка после жертвы, мат после вскрытого шаха.

Тренер может дать ученикам ссылку на отдельную подборку задач. Тогда все решают одинаковые позиции, и результаты легко сравнить.

Источники

1. Lichess puzzle database (CC0)
2. A. D. de Groot. Thought and Choice in Chess. 2nd ed., 1978
3. W. G. Chase, H. A. Simon. Perception in chess. Cognitive Psychology, 4(1), 55–81, 1973
4. G. Sala, F. Gobet. Do the benefits of chess instruction transfer to academic and cognitive skills? A meta-analysis. Educational Research Review, 18, 46–57, 2016
5. G. Sala, F. Gobet. Does far transfer exist? Negative evidence from chess, music, and working memory training. Current Directions in Psychological Science, 26(6), 515–520, 2017
6. A. P. Burgoyne et al. The relationship between cognitive ability and chess skill: A comprehensive meta-analysis. Intelligence, 59, 72–83, 2016